blaster2009 (blaster2009) wrote,
blaster2009
blaster2009

Голова болит, горло болит, пишу поперек

Че-то у меня упадок сил, еле ползаю по квартире. Температуру померил - 36,2. За хлебом сходил, чуть ноги не отвалились.

Почитал эту нашумевшую историю про работу, как чел с тремя образованиями в Англии сортиры чистит. Захотелось перед уходом на работу поглобалить немножко, обзорно. Промыч многое разъяснил про дела тамошние, но вопросы все равно остаются.

Одна глобальная мысль такая, известная. Когда производству и тем более сельскому хозяйству ввиду механизации народу требуется все меньше. По идее там, где раньше работали пятнадцать землекопов, теперь достаточно одного оператора. Значит, лишние люди должны идти в другие сферы.

(Помню, когда заканчивался голливудский фильм, еще тогда заметил, что по экрану идут невероятной длины титры с именами тех, кто его делал. Там народу гораздо больше, чем в советских фильмах, не знаю как сейчас. Поневоле думаешь - вот где люди работают, если производство в Китай ушло... а когда еще не в Китай, то в автоматизацию.)

Основные, мне думается: 1) образование, медицина, культура, 2) околопроизводственная экономика - менеджмент, маркетинг, реклама и т.п., 3) разный сервис. Вот товарищу испанскому не свезло, вместо культуры или маркетинга угодил он в сервис. (Есть еще новая экономика, ИТ всякие, но там, наверно, своя специфика.)

Сдается, первый пункт - тяжелая работа и на ней должны быть только те, у кого есть призвание. Даже в культуре, хоть смотрителем музея. А учителя и тем более врачи это вообще подвижники, что не должно мешать зарплату им держать на уровне.

Лучше, конечно, быть юристом-экономистом, и нервотрепки поменьше (не всегда, правда), и денег побольше. Ну вот не каждому везет, и в итоге непритязательный к образованию сервис тех, кому не везет, втягивает. (Кроме того, компьютеризация, преодолевая законы Паркинсона, наследила и здесь.)

Но, заметил тот же Промыч, есть еще четвертый путь, подходящий для Первого мира пока (то есть не совсем подходящий, но уже имеющийся). Молодежь сидит либо на пособиях, либо на шее у родителей, а лучше одновременно. Там он про поколение "ни-ни" написал. А в Японии раньше про людей на букву, пардон, "х", писали (запамятовал), они там перед компом сидят, из детской не вылезают, а родители еду под дверь подсовывают.

Думаю, все это станет или уже стало государственной проблемой и будет как-то решаться. (Есть у меня мыслишки, но пока я их, разбегающиеся, соберу, проблему уже эксперты рассмотрят. А мне на работу надо.)


Одну только лазейку нашел Шорин, одну слабую надежду. Иногда в дальние экспедиции, где экипаж бывал невелик, требовались универсалы, мастера на все руки: слесарь–токарь–электрик–повар–астроном–вычислитель–санитар–садовод в одном лице, подсобник в любом деле. И юноша решил стать подсобником-универсалом.
   Он кончил на Луне фельдшерскую школу, курсы поваров, получил права летчика-любителя, сдал курс машинного вычисления и оранжерейного огородничества, научился работать на штампах и монтажных кранах. Некогда, до появления машин-переводчиков, существовали на Земле полиглоты, знавшие десять–пятнадцать–двадцать языков. Гордясь емкой памятью, они коллекционировали языки, ставили рекорды запоминания, как спортсмены. Шорин стал полимастером, он как бы коллекционировал профессии. Сначала его обучали с охотой, потом с удивлением и с некоторым раздражением даже («Тратит время свое и наше. Спорт делает из учения»), а потом с уважением. Людям свойственно уважать упорство, даже не очень разумное. В Селенограде жило тысяч десять народу, каждый чудак был на виду, Шорин со временем сделался достопримечательностью («Есть у нас один, двенадцать дипломов собрал»). О нем говорили приезжим, и разговоры эти дошли до нужных ушей.
   В одну прекрасную ночь, лунную, трехсотпятидесятичасовую, молодого полимастера пригласил Цянь, великий путешественник Цянь, теоретик и практик, знаток космических путей. Уже глубокий старик в те годы, он жил на Луне, готовясь к последнему своему походу.
   – Но у меня хронический насморк, – честно предупредил Шорин. – Я не различаю запахов. Любая комиссия меня забракует.
   Цянь не улыбнулся. Только морщинки сдвинул возле щелочек-глаз.
   – Планетологи по-разному выбирают помощников, – сказал он. – Одни предпочитают рекордсменов, ради выносливости, другие – рисовальщиков, ради наблюдательности. Те ищут исполнительных, хлопотливо-услужливых, те – самостоятельно думающих, иные считают, что важнее всего знания, и выбирают эрудитов. У меня свое мнение. По-моему, в космос надо брать влюбленных в космос. Тот, кто влюблен по-настоящему, сумеет быть спортсменом, эрудитом, услужливым и самостоятельным.
   – Разве каждый может стать рекордсменом? – спро­сил Шорин.
   – Если влюблен по-настоящему, станет.


Георгий Гуревич. Функция Шорина
Tags: глобальное, работа-волк
Subscribe
promo blaster2009 august 23, 2017 00:00 97
Buy for 10 tokens
Приятно наблюдать, как высокопоставленный элитарный чин начинает волноваться, глупо шутить и бегать по потолку. Особенно если лично ты желаешь ему поскорее провалиться сквозь землю, которую он перекопал. Это я про мэрскую реакцию на недавно появившуюся в информпространстве концепцию переноса…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments