?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Врачебное колдовство

Сегодня перевязывала не Надежда Николаевна, а другая медсестра. Какая же между ними разница! Не то чтобы небо и земля, но...


НН строгая, но добрая - расспрашивает о происшествии, дает советы, уточняет и температуру, и как болит. С нее можно добрую волшебницу списать для фэнтезийного повествования.

Вторая тоже строга, но... Нет бы просто сказать: "Руку чуть повыше!" Нет, обязательно надо: "Куда руку убираете, за километр, как перевязывать, что за люди, бу-бу-бу". И после второй как-то болит неприятно, словно у нее энергетика чОрная влияет на результат. Сегодня бедный мой указательный палец вертела так, что чуть не взвыл... Ну и побаливает потом...

К тому же к НН можно заходить без предупреждения, она уже все знает, снимает повязку и зовет хирурга.

Вторая же требует сперва зайти к хирургу, принести бумажку от него. Ну в первый раз еще понятно, а сегодня был второй.

Уж не знаю, как сейчас учат врачебной этике и прочей деонтологии, но думаю, что она, психология, эта, хоть и менее важна, чем собственно врачебное дело, но тоже помогает.

ЗЫ. Этот отрывок чем-то мне понравился, помню, еще перечитывал не раз. А вон как оно повернулось - может, предчувствие было:-)

Колдун оказался эдаким коротконогим, толстеньким, маленьким улыбающимся петушком, с хохолком тонких седых волос, торчавших во все стороны. Он встретил их так радостно, словно всю жизнь ожидал именно этих дорогих гостей. Смеду сразу стало ясно, отчего тот понравился его тетке. Тетка была такая занудливая и противная, что от нее сбежала бы даже слепая собака.

В основном, переговоры вел Смед, потому что боялся, как бы Тимми, желая любой ценой избавиться от боли, не сболтнул чего лишнего.

– У парня вся рука почернела от какой-то заразы, – кратко пояснил он.

– И страшно болит, – добавил Тимми. В его голосе слышались жалобные нотки. А ведь Тимми Локан никогда не был нытиком.

– Что ж, давайте взглянем на нее, – сказал колдун.

Он пристроил руку Тимми на своем хирургическом столе и принялся разрезать повязку тонким острым ножом. Орудуя ножом, колдун не переставал улыбаться и болтать.

– Выглядит довольно скверно, а? – спросил он, когда повязка свалилась.

Чересчур скверно, подумал Смед. Он не видел руку Тимми без бинтов уже неделю. Черное пятно увеличилось втрое. Теперь оно закрывало всю ладонь и начало заползать на ее тыльную сторону. Почерневшие места сильно вздулись.

Наклонившись, колдун потянул носом.

– Странно, – сказал он. – Зараженная плоть обычно дурно пахнет. Закрой-ка глаза покрепче, сынок.

Тимми закрыл; толстяк принялся втыкать в его руку иглу.

– Чувствуешь что-нибудь?

– Только легкие нажатия. Ох! – Иголка вонзилась в место, не затронутое чернотой.

– Странно. Очень странно. Никогда не видел ничего похожего, сынок. Теперь попробуй расслабиться.

Он подошел к полке и снял с нее причудливую медную колдовскую снасть, похожую на пустую полусферу около фута в поперечнике, опирающуюся на шесть восьмидюймовых изогнутых ножек. Установив эту штуку над ладонью Тимми, он накапал туда какого-то снадобья и бросил щепотку колдовского зелья. Полыхнула вспышка, повалили клубы зловонного дыма. А потом воздух над полусферой задрожал и замерцал, как над нагретой мостовой.

Колдун стал пристально вглядываться в это мерцание.

Смед не видел в происходящем особого смысла, но улыбку колдуна словно ветром сдуло. Старик сильно побледнел.

– Во что это такое вы вляпались, ребята? – спросил он охрипшим голосом.

– А? Ты о чем? – переспросил Смед.

– Удивительно, как я сразу не заметил. Не почувствовал мистических миазмов. Но кто же мог подумать! Парень дотронулся до какой-то вещи, заключающей в себе экстракт чистого зла. Может быть, до могущественного амулета, несущего в себе семя тьмы. До амулета, утерянного в древние времена и теперь вновь всплывшего из глубины веков. Это должна быть очень необычная вещь, до сих пор неизвестная в наших краях. Вы грабили старые могилы, парни?

Тимми уставился на свою руку. Смед твердо встретил взгляд колдуна, но ничего не ответил.

– Не думаю, чтобы вы нарушили какие-нибудь законы, копаясь там, где наткнулись на ту штуку, – сказал старик. – Но если вы не доложите обо всем имперским легатам, можете крупно влипнуть.

– Ты можешь что-нибудь для него сделать? – спросил Смед.

– Они вам хорошо заплатят.

– Ты можешь что-нибудь сделать? – упрямо повторил Смед.

– Нет. Не могу. Творец вещи, повредившей руку твоему другу, был куда более могуч, чем я. Если речь идет об амулете, вылечить ожог сможет лишь тот, кто окажется сильнее его создателя. Но даже такому сильному магу будет необходимо сперва изучить амулет, иначе лечение не принесет пользы.

Вот черт, подумал Смед. Где прикажешь искать мага, способного одолеть душу Властелина? Нигде.

– Значит, починить моего приятеля ты не можешь. А что ты тогда можешь?

– Я могу удалить плоть, оскверненную злом. Это все.

– Ты умеешь говорить нормальным языком?

– Умею. Я могу ампутировать ему руку. Сегодня – по запястье. Если вы на это согласны, решайтесь быстрее. Когда силы тьмы доберутся до костей предплечья, никто не возьмется предсказать, чем кончится дело.

– Ну как, Тимми?

– Это же моя рука!

– Ты слышал, что он сказал.

– Да. Послушай, колдун, ты можешь хоть ненадолго снять боль? Чтобы я мог спокойно все обдумать?

– Я могу наложить заклинание, которое должно немного помочь, – сказал толстяк. – Но как только его действие кончится, боль станет сильнее, чем прежде. И постарайся усвоить еще одну вещь, сынок. Чем дольше ты будешь тянуть, тем сильнее будет тебя мучить рука. Через каких-нибудь десять дней ты будешь непрерывно вопить от боли.

– Ладно, – нахмурившись, сказал Смед. – Хотя благодарить особенно не за что, спасибо и на этом. Теперь сними ему боль. Мы должны пойти хорошенько все обсудить.

Колдун побрызгал на руку каким-то зельем, пробормотал несколько заклинаний, проделал магические пассы. Смед заметил, как Тимми немного расслабился, затем на его губах даже появилось слабое подобие улыбки.

– Полегчало? – спросил Смед. – Пошли, Тимми. Нам надо искать какой-то выход.

– Погодите, – сказал колдун. – Сперва необходимо опять наложить повязку. Я действительно не знаю, что это такое, но оно может передаваться при касании и другим людям. Если изначальное зло было достаточно сильным.

У Смеда чуть живот к спине не присох, пока он вспоминал, не дотрагивался ли он до руки Тимми. Нет, похоже, не дотрагивался.

С трудом дождавшись, пока за ними закроется дверь, он спросил:

– Старый Рыбак трогал тебя за руку, когда пытался ее лечить?

– Нет. Никто не трогал. Кроме того дока, к которому я ходил. Он пару раз ткнул туда пальцем.

– Черт!

Смеду все это сильно не нравилось. Опять начинались осложнения, а он ненавидел сложности. Попытки распугать такой вот клубок обычно только ухудшали положение дел.

Глен Кук. Серебряный Клин



promo nemihail 14:10, вчера 156
Buy for 20 tokens
Узнаю нашу страну, в одной новости может быть катастрофа, чудесное спасение, а ведь это действительно было чудо и как итог мародерство. Фото: Георгий Малец (Мартин) Не смотря на то, что место приземления самолета Airbus A321 Уральских авиалиний отцеплено, находятся люди которые решили…

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
lawerta
Aug. 14th, 2012 11:41 am (UTC)
Учить можно чему угодно, но этика, она в самом человеке. Научить вежливости нереально - иной так вежливо нахамит, что ходишь как оплеванный весь день, а другой матом обложит так, что на душе полегчает.
blaster2009
Aug. 14th, 2012 12:59 pm (UTC)
Да, это часто бывает... но все-таки врач без душевного отношения как-то уже и не... хотя и понятно, что пациентов тьма...
( 2 comments — Leave a comment )

Profile

я
blaster2009
blaster2009

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com